охотничий минимум	задать вопрос	ссылки

Фото → альбом «Рыбалка. Часть 7.»

В зауральських озерах так называемый мормыш, по-видимому, составляет главную пищу окуней с октября по декабрь и в феврале - марте.	Этим объясняется, почему в озерах, изобилующих мормышом, окунь растет чрезвычайно быстро и достигает огромных размеров.	Половая зрелость наступает обыкновенно на третьем, очень редко, только в самых кормных озерах, к каковым принадлежат многие озера Зауральского края,- на 2-м году.
Здесь можно встретить полуторагодовалых окуней, весящих до 200 г, но в реках эта рыба растет несравненно медленнее, и окуни, выклюнувшиеся почти два года назад, редко достигают и 13 см в длину (от конца носа до конца хвоста) и почти всегда мечут икру в следующую, то есть третью весну.	Время нереста окуня различно, смотря по широте местности.	В южной России, в устьях рек Черноморского и Каспийского бассейнов он мечет икру в марте, иногда даже в конце февраля (на Дону); в черноземной полосе - в первой половине апреля; в подмосковных губерниях - во второй половине, чаще в последней четверти того же месяца, иногда в первых числах мая; на севере, тоже в некоторых поздно вскрывающихся озерах среднего Урала,- в средине, даже в конце мая.
$Вообще нерест окуня зависит от времени окончательного вскрытия вод: в прудах и озерах он никогда не \$ Вообще нерест окуня зависит от времени окончательного вскрытия вод: в прудах и озерах он никогда не \"трется\" ранее совершенного исчезновения льда и только в низовьях больших рек, текущих на юг, кончает нерест до начала прибыли воды и хода льда из верховьев.	В центральной России речной окунь мечет икру обыкновенно, когда вода пойдет на убыль, прежде всего в небольших речках.	В полупроточных прудах, то есть имеющих течение только весной и после сильных дождей, нерест начинается на несколько дней позднее, чем в реках, а в непроточных озерах он замедляется еще более.
Таким образом, в одной и той же местности разница во времени нереста может быть более недели, иногда десятидневная.	Явление это объясняется тем, что каждая порода рыбы не мечет икру прежде, чем вода достигнет известной температуры, при которой становится возможным развитие икры той или другой породы.	Окунь, по-видимому, нерестится, когда вода достигает +7 или +8° тепла.
Вообще у нас, под Москвой, начало нереста окуня в речках и реках совпадает с началом распускания березы, а самый поздний нерест бывает в начале мая, когда лист уже вполне развернулся.	Раньше окуня мечут икру многие другие рыбы - елец, щука, язь и шереспер, только в низовьях Волги окунь, по наблюдениям Яковлева, нерестится раньше всех рыб - в марте, тотчас по вскрытии устьев от льда.	Стаи окуней покидают свои зимние становища - ямы - как только образуются небольшие закраины, то есть при первой прибыли воды, разбиваются на меньшие станицы и подходят к берегам.
Нередко из больших рек или озер станицы эти входят в притоки, очистившиеся от льда, гуляют некоторое время по разливам этих речек, преследуя здесь мелкую рыбешку и поедая икру ельцов, щук и язей, никогда, впрочем, не подымаясь далеко вверх по течению.	Такие стаи обыкновенно выметывают тут икру и возвращаются обратно в реку, когда она уже войдет в берега.	Большая часть окуней в больших реках нерестится, однако, в старицах и пойменых озерах, куда загоняет их половодье; при быстром спаде вод они иногда остаются здесь до следующей весны или большого паводка.
В низовьях Волги большинство окуней трется в глухих ериках и ильменях, не имеющих во время нереста (до разлива) еще сообщения с руслом, и могут выйти отсюда только много позднее.	Стаи же, зазимовавшие на речных ямах и на взморье (в тех частях Каспия, где не преобладает пресная вода, окунь не живет), заходят для нерестования в первые попавшиеся ильмени и култуки, то есть речные и морские заливы.	Численность весенних стай окуня почти всегда находится в зависимости от возраста рыбы и от ее изобилия.
Наибольшими стаями мечет икру молодой, обыкновенно двухгодовалый, почти тринадцатисантиметровый (считая от носа до конца хвоста) окунь; самые крупные особи трутся небольшими семьями.	В реках, однако, весенние станицы окуней всегда гораздо малочисленнее, чем в больших проточных прудах или озерах, особенно таких, где окунь составляет чуть ли не главную породу рыб.	В последних мелкий окунь нерестится огромными стадами в несколько тысяч штук, хотя очень может быть, что эта численность стай только кажущаяся, и каждая стая состоит из многих отдельных станиц, собравшихся в одно место, удобное для нереста.
$Иначе весьма трудно объяснить, почему в ериках и ильменях устьев Волги, где окунь также встречается во множестве, он, как свидетельствует В. Е. Яковлев, выметывает икру \$ Иначе весьма трудно объяснить, почему в ериках и ильменях устьев Волги, где окунь также встречается во множестве, он, как свидетельствует В. Е. Яковлев, выметывает икру \"не косяками, а в одиночку, отдельными парами или небольшими стайками\".	Это может быть справедливо только там, где окунь очень редок.	По моим наблюдениям, молошников бывает значительно менее, чем икряников, но зато в росте самцов и самок не замечено никакой разницы.
Кажется, крупный окунь нерестится немного позднеее мелкого (на несколько дней), но не могу утверждать этого: весьма вероятно, что большие особи, зимующие в самых глубоких ямах, выходят на мелкую, более теплую воду позднее, чем мелочь, станующая ближе к берегу.	Самый нерест в реках производится почти всегда в местах, не имеющих никакого течения или только слабое, непременно там, где окуни могут найти такие предметы, о которые они бы могли тереться и тем способствовать скорейшему вытеканию икры и молок.	Предметы эти различны, смотря по характеру местности.
В прудах и озерах окуни трутся в старом, обломанном камыше и тростнике, на неглубоких местах, а за неимением названных растений - на оставшихся стеблях и корнях лопуха (кувшинки); в речках икра выметывается в заводях или заливах тоже на стебли водяных растений или на коряги, разный хлам, на корни подмытых водой деревьев, иногда на ветви затопленных кустарников; в больших реках окунь трется большей частью в старицах и поемных озерах, тоже в травах. Только в северных и северо-западных озерах (частью реках) с каменистым ложем окунь выметывает икру на камни, а иногда на песок.	Замечено, что крупные окуни всегда трутся в более глубоких местах, чем мелкие, и всего охотнее бросают икру на старые затонувшие стебли водяных растений.	Во время нереста, по тем же причинам, окуни хорошо идут в морды и верши, сплетенные из ивовых прутьев, и их легко привлечь в какое-либо место, наложив туда несколько сосенок или елочек.
Подобно большинству рыб, окуни, незадолго до нереста, получают более яркую окраску.	Близость наступления этого времени всегда можно определить за несколько дней или недель по более красным плавникам и резко выделяющимся полосам на спине.	Окуни с созревшими половыми продуктами поэтому весьма отличаются от молодых прошлогодних и третьегоднишних окуньков, всегда более бледных и почти одноцветных.
Окуньки эти в большинстве случаев массами следуют за стаями нерестующих рыб и усердно подъедают выметанную ими икру.	Самый нерест совершается относительно спокойнее, чем, напр., у плотвы, ельца, леща и некоторых других карповых рыб, мечущих икру большими стадами.	Нерест крупных окуней даже мало заметен, отчасти потому, что стаи их незначительны, отчасти потому, что они трутся на большей глубине, чем мелкие,- между глубоко засевших камышей или (в некоторых озерах) между камней.
Но мелкий окунь, по крайней мере, в так называемых окуневых озерах, выметывая икру большими рунами (к которым присоединяются еще большие стаи несовершеннолетних окуньков) и на мелководье, часто выпрыгивает из воды, а иногда даже собирается в озерные заливы в таком количестве, что верхние ряды, выпираемые нижними наружу, производят сильный плеск, издалека слышимый и видимый.